Идея судебного посредничества не просто хороша, но прекрасна. Однако на пути её осуществления очень серьёзные препятствия. Главное из них как раз то, что Председатель ВАС РФ назвал «практикой конкретного суда». В ней-то и заключается одна из основных бед нашей судебной системы. Такой практики просто быть не должно! По одному и тому же делу должно приниматься принципиально одинаковое решение, что в Москве, что в Анадыре. Происходит же то, что происходит, потому, что норму закона, обязывающую судей принимать решения только на основании закона, и лишь доказательства оценивать по внутреннему убеждению, наши судьи читают с точностью «до наоборот». Решения принимаются «по внутреннему убеждению» судей, и только потом под них подгоняются нормы закона. Адвокату сегодня в наших судах делать нечего. Ему просто не дадут говорить, либо вежливо выслушают и забудут, даже не записав его речь в протокол судебного заседания. Определяющим является то, с какой ноги сегодня судья встал, или понравилась ли ему физиономия участника процесса. Это, конечно, тогда, когда не действует коррупционный фактор. Только в случае единообразного понимания всеми судьями страны каждой нормы применяемого ими закона, судебные посредники смогут дать правильный совет. Не надо забывать и того, что кроме «практики конкретного суда» существует в каждом суде ещё и «практика конкретного судьи». Какой уж тут можно дать совет? А вот бояться подозрений в беспристрастности судебных посредников не стоит. Прежде всего потому, что никто не возбраняет сторонам проверить советы посредников, обратившись к другим профессионально и юридически грамотным людям. Да и принимать решение о заключении мирового соглашения будут не посредники, а они сами. Задача же любых посредников – сблизить интересы всех сторон и найти правовую форму, при которой эти интересы будут удовлетворять все эти стороны.
Однако на пути её осуществления очень серьёзные препятствия. Главное из них как раз то, что Председатель ВАС РФ назвал «практикой конкретного суда». В ней-то и заключается одна из основных бед нашей судебной системы. Такой практики просто быть не должно! По одному и тому же делу должно приниматься принципиально одинаковое решение, что в Москве, что в Анадыре. Происходит же то, что происходит, потому, что норму закона, обязывающую судей принимать решения только на основании закона, и лишь доказательства оценивать по внутреннему убеждению, наши судьи читают с точностью «до наоборот». Решения принимаются «по внутреннему убеждению» судей, и только потом под них подгоняются нормы закона.
Адвокату сегодня в наших судах делать нечего. Ему просто не дадут говорить, либо вежливо выслушают и забудут, даже не записав его речь в протокол судебного заседания. Определяющим является то, с какой ноги сегодня судья встал, или понравилась ли ему физиономия участника процесса. Это, конечно, тогда, когда не действует коррупционный фактор.
Только в случае единообразного понимания всеми судьями страны каждой нормы применяемого ими закона, судебные посредники смогут дать правильный совет. Не надо забывать и того, что кроме «практики конкретного суда» существует в каждом суде ещё и «практика конкретного судьи». Какой уж тут можно дать совет?
А вот бояться подозрений в беспристрастности судебных посредников не стоит. Прежде всего потому, что никто не возбраняет сторонам проверить советы посредников, обратившись к другим профессионально и юридически грамотным людям. Да и принимать решение о заключении мирового соглашения будут не посредники, а они сами. Задача же любых посредников – сблизить интересы всех сторон и найти правовую форму, при которой эти интересы будут удовлетворять все эти стороны.